Пожар

19-02-2011, 15:59 | Раздел: Психология
Как-то в руки мне попал рассказ такого содержания. Они любили друг друга, и он был искренне уверен, что готов жизнь отдать, чтобы ей было хорошо.

За несколько дней до свадьбы они пошли в оперу. Во время действия запахло гарью. Кто-то крикнул: «Пожар!» И… началась паника. Люди бросились к выходу, давя друг друга и ничего не соображая…

…Он вспомнил о ней, только когда по головам других выбрался на улицу. Попасть обратно было невозможно. Он стал ждать. (Вы можете представить, какие чувства его обуревали!) Толпа схлынула, и она, выйдя на улицу, прошла мимо, даже не взглянув на него. Больше они никогда не встречались.

Тогда я задумался, права ли она была?

Теперь я знаю. Права!

Паника — это аффект страха. Но человек может не допустить себя до состояния аффекта. Он допустил и погубил себя в ее глазах.

Но в панике есть и другая сторона. Человек чаще впадает в панику под влиянием людей, когда он не один, а в толпе. В толпе таких же, как он сам, не в коллективе: в коллективе паники не бывает. Коллектив всегда возвышает человека. Даже заведомо плохой человек в коллективе исправляется. Даже трус становится бесстрашным.

Другое дело — толпа обывателей, в которой каждый думает только о себе. Страшная вещь такая толпа! Буржуазные психологи, занимающиеся так называемой социальной психологией, но не понимающие отличия толпы от коллектива, создали ложную теорию, что в любой группе людей человек обязательно ухудшается, звереет, теряет то лучшее, что в нем было.

Марксистская общественная психология, задача которой — изучать человека не самого по себе, а как члена группы, не признает этих взглядов. Конечно, не каждая группа людей — коллектив. Есть так называемые неоформленные группы. Например, случайные спутники по вагону, едущие из Москвы во Владивосток. Однако сколько людей подружилось в поезде! Неоформленная группа всегда стремится стать коллективом. В этом общественная сущность человека.

В другом театре — это было в первые годы советской власти — тоже вспыхнул пожар. Тоже началась паника. Но несколько человек громко запели Интернационал. Другие подхватили. И вот уже в горящем зале (а он действительно горел, и сильно горел) все поют Интернационал и без всякой паники выходят из театра.

Это был еще не коллектив, но это уже и не толпа.